Советуем прочитать

Угрешич Д. Снесла Баба-яга яичко

Ugr_byaПисатели-участники международного проекта «Мифы» обычно выбирают для творческого осмысления фигуры масштабные и почтенные. А хорватская нонконформистка Дубравка Угрешич решила с юмором и любовью воспеть… Бабу-ягу, предложив совсем по-новому взглянуть на эту странную женщину из избушки на курьих ножках.

Роман «Снесла Баба Яга яичко»  вышел в Хорватии в 2008 году. Книга Дубравки Угрешич достойно продолжает славянскую линию проекта, начатую Виктором Пелевиным в «Шлеме ужаса». 

Эту книгу, пожалуй, можно назвать одной из самых необычных в творчестве Угрешич. Роман разделен на три разные по жанру части, пронизанный тонким юмором и безграничной фантазией. Произведение привлекает исключительной оригинальностью авторского взгляда на общеизвестные вещи и явления, меткой иронией с вкраплениями мотивов славянского фольклора. Книга заставляет по-новому взглянуть на себя и окружающий мир, рассказывая о судьбах реальных людей и вымышленных героев, перекликающихся с судьбами … мифических персонажей. Появление последних на страницах романа превращает повествование в мудрую сказку с множеством аллюзий.

Это роман о жизни, об одиночестве в классическом его понимании и о другом – «неправильном» одиночестве среди людей; о том, что однажды каждому придется решать, так ли прожито отпущенное ему земное время. И о…Бабе Яге, которая в сущности, такая же женщина, как миллионы других – мудрая, часто одинокая и немного демоническая. И единственная ее «вина» заключается в том, что она стара и далеко не так красива, как героини глянцевых журналов.
Старости можно бояться, ее наступление можно постараться отсрочить, но избежать ее еще не удавалось никому. Зато можно притвориться, что старости не существует, а когда придет «твое время», стать или «самой красивой бабушкой квартала» или Бабой Ягой. Что, в сущности, одно и то же, - убеждена Дубравка Угрешич.

Героини ее романа - миловидные бабули с сиреневыми буклями, яркой помадой и кружевными воротничками, от которых лучше держаться подальше. Когда-то богини, избалованные вниманием мужчин и послушностью детей, с годами они требуют к себе тех же любви и уважения и превращаются в Бабу-Ягу - пожирательницу жизней.

«Снесла Баба Яга яичко» является прекрасным примером того, на что способно воображение Угрешич. Напряженный сюжет с вплетением бесчисленных интриг… Комедия… Постмодернизм… Роман, который бросает вызов самой романной традиции, и скорее не рассказывает историю Бабы Яги, а взрывается несколькими уморительными эпизодами».

Угрешич, Д. Снесла Баба-яга яичко / Д.Угрешич.- М.: Эксмо, 2011.- 448 с.

Обновлено 24.01.2012 10:24

Терри Пратчетт. Ночная стража

Pratt_nsЭто подлинная история самого Ночного из всех Ночных Дозоров. История анкморпоркской Ночной Стражи. Вот только нашего героя зовут Сэм Ваймс, а не сами знаете как. Но про «треснул мир напополам» - это сущая правда.

Ведьм не будет, но будут убийцы. И будут убитые. И будут Свобода-Равенство-Братство, а когда возникает эта троица, жди беды и, самое главное, крови.

"...Услышав крик, Сэм Ваймс вздохнул, но все же закончил бритье. Затем он надел куртку и вышел навстречу прекрасному утру. Стояла поздняя весна, в деревьях пели птицы, вокруг цветов гудели пчелы. Хотя небо было мрачным, а тучи на горизонте предвещали грозу, воздух все же был теплым и влажным. А за сараем садовника, в старой компостной яме, в воде бултыхался молодой человек. Ну... в общем, бултыхался. Ваймс остановился немного поодаль и зажег сигару. Вряд ли стоит подносить огонь слишком близко. Падение с крыши сарая проломило образовавшуюся корку.
- Доброе утро! – бодро окликнул он.
- Доброе утро, ваша светлость, - отозвался человек.
Голос оказался выше, чем ожидал Ваймс, и он понял, что, как ни странно, молодой человек в яме на самом деле был молодой женщиной. Это не оказалось большой неожиданностью – Гильдия Убийц полагала, что, когда дело доходит до изощренного убийства, женщины, по крайней мере, равны в этом своим братьям, - но, тем не менее, это несколько все изменяло. 
- Кажется, мы не встречались? – продолжил Ваймс.
– Хотя вы, похоже, знаете, кто я. А вы...?
- Виггз, сэр, - ответила она. – Джокаста Виггз. Для меня большая честь встретиться с вами, ваша светлость.
- Виггз, а? Известное семейство. Оставим просто «сэр». Помнится, однажды я сломал ногу вашему отцу?
- Да, сэр. Он просил напомнить вам об этом, - кивнула Джокаста.
- Вы несколько молоды, чтобы уже работать по контракту, так ведь?
- Это не контракт, сэр
- Да ладно, мисс Виггз. Цена за мою голову...
- Совет Гильдии приостановил его, сэр, - ответила упорная пловчиха. – Вы вне списков. В настоящее время они не принимают контракты на ваше имя.
- О боги, почему же?
- Не представляю, сэр, - произнесла мисс Виггз.
Ее упорные попытки, наконец, приблизили ее к краю ямы, и теперь она обнаружила, что кирпичная кладка находилась в отличном состоянии, была очень скользкой и не предоставляла ни малейшей возможности зацепиться за нее. Ваймс знал об этом, потому как однажды сам провел несколько часов, кропотливо добиваясь подобного результата.
- Так почему же вас тогда прислали?
- Мисс Бэнд отправила меня для тренировки, - отозвалась Джокаста. – Должна заметить, здесь действительно нужна большая сноровка.
- Да, - согласился Ваймс, - действительно. Вы в последнее время грубили мисс Бэнд? Или как-то огорчили ее?
- О, нет, ваша светлость. Но она сказала, что я становлюсь излишне самонадеянной, а небольшая практика пойдет мне на пользу.
- А. Понятно. - Ваймс попытался вспомнить мисс Алису Бэнд, одного из самых строгих преподавателей Гильдии. Она, как он слышал, очень хорошо разбиралась в практических занятиях.
- Значит... она послала вас убить меня? – спросил он.
- Нет, сэр! Это всего лишь тренировка! У меня даже нет арбалетных болтов! Я просто должна была отыскать место, где бы вы были у меня на прицеле, и потом доложить ей!
- И она бы поверила?
- Разумеется, сэр, - Джокаста выглядела обиженной. – Честь Гильдии, сэр.
Ваймс глубоко вздохнул.
- Видите ли, мисс Виггз, в последние годы некоторые из ваших собратьев пытались убить меня дома. И, как вы догадываетесь, меня это не слишком радовало.
- Вполне понимаю, почему, сэр, - отозвалась Джокаста голосом человека, знающего, что единственная его надежда выбраться из сложившейся ситуации целиком зависит от доброжелательности другого человека, у которого нет ни малейших для этого причин.
- И потому вы были бы поражены, узнав о тех ловушках, что устроены здесь повсюду, - продолжал Ваймс. – Некоторые из них, должен заметить, довольно хитроумны.
- Я совсем не ожидала, что черепицы на сарае такие скользкие, сэр.
- Они смазаны жиром, - ответил Ваймс.
- Отлично придумано, сэр!
- А некоторые из ловушек действительно смертельны, - добавил Ваймс.
- Хорошо, что я попала в эту, а, сэр?
- Ну, эта тоже смертельна, - отозвался Ваймс. – В конечном счете. – Он вздохнул. Он действительно хотел избавиться от подобного рода вещей, но... вне списков? Не то чтобы ему нравилось быть на прицеле у таинственных фигур, нанятых его многочисленными врагами, но он всегда считал это неким вотумом доверия. Это доказывало, что он досаждал высокомерным богачам, которых и следовало раздражать.
Кроме того, перехитрить Гильдию Убийц было довольно просто. Они благородно следовали своим строгим правилам, и Ваймса это вполне устраивало, поскольку лично он со своей стороны кое-какими правилами мог и пренебречь.
Вне списков, а? Если верить слухам, до сих пор единственным человеком, удостоившимся этого, был патриций, лорд Ветинари. Убийцы лучше других разбираются в политической ситуации в городе, и раз они убирают тебя из списков, значит, твоя смерть может не только испортить всю игру, но и разобьет доску...
- Я была бы очень признательна, если бы вы вытащили меня отсюда, сэр, - произнесла Джокаста.
- Что? А, да. Простите, на мне чистая одежда, - отозвался Ваймс. – Но я скажу дворецкому вернуться сюда с лестницей. Как вы на это смотрите?
- Благодарю вас, сэр. Было приятно познакомиться, сэр.
Ваймс пошел обратно к дому. Вне списков? А он может подать апелляцию? Вероятно, они думают..."

А ЧТО БЫЛО ДАЛЬШЕ? Это, вы, уважаемые читатели, узнаете, прочитав эту чудесную остроумную книгу.

Пратчетт Т. Ночная стража / Т.Пратчетт.- М.: Эксмо; СПб.: Домино, 2011.- 528 с.

Обновлено 24.01.2012 10:26

Лоури Л. Дающий

lour_daiМир, в котором живет Джонас, идеален. А нем нет ни войны, ни боли, ни страха. И у каждого свое предназначение. Когда Джонасу исполняется двенадцать лет, он узнает, что в Коммуне есть человек, хранящий воспоминания о настоящем мире… Лоис Лоури написала книгу в странном для детей жанре антиутопии, но у неё всё получилось.

Вот что пишет про эту книгу сама Лоис Лоури: "Я сделала так, чтобы уютный и безопасный мир Джонаса понравился читателю. Я выбросила из него всё, что не любила сама: насилие, бедность, предрассудки и несправедливость. Все мои персонажи вежливы и обходительны — ведь мне так нравятся эти качества в людях. Прекрасный мир! В этом мире даже не нужно мыть за собой посуду. Ах, как бы мне хотелось остановиться на этом!"
Но на этом остановиться писательнице не удалось, потому что создать идеальный мир в реальности невозможно. Ведь в таком мире никто не должен чувствовать ни боли, ни страха, ни зависти, ни неудовлетворённых желаний, поэтому все должны быть равны. Даже яркий цвет волос или одежды может вызвать недоразумение, поэтому люди в таком мире не должны видеть даже цвета, всё предстаёт в нейтральном сером. И День рождения у всех родившихся в один год - общий, и для этих однолеток своя форма, правила, занятия. Наблюдающие строго следят за каждым и оценивают его склонности и возможности, выбирая ему занятие на всю жизнь. А если младенец со светлыми глазами и, не дай бог, плохо спит по ночам - это уже верные показатели для Удаления: будет мешать остальным. Конечно, всё справедливо: ему дадут год для исправления. А как поступают со стариками, вы догадались? Джонас, как и другие дети, пока не знает, что Удаление - это не переход в другую коммуну, раз тебе не подошли правила этой, поэтому относится к ритуалу уважительно. В новом обществе прекрасно развита медицина, всё строго регламентировано, никто не испытывает боли и обид, все довольны и счастливы. И только один человек - самый уважаемый из старейшин (но не влиятельный) - несёт всю боль в себе: помнит о том, что было раньше. Он-то и выберет Джонаса, чтобы передать ему Память, станет для подростка Дающим.

А что будет дальше - прочитайте. Не пожалеете.

Лоури Л. Дающий / Л.Лоури.- М.: Розовый жираф, 2011.- 256 с.

Обновлено 24.01.2012 10:06

Шестаков В.П. История английского искусства. От Средних веков до наших дней

istangisДолгое время в мировой истории искусства господствовала точка зрения о том, что история английского искусства лишена целостности, малооригинальна и по своей художественной ценности уступает искусству своих европейских соседей, таких как Голландия, Франция, Германия. Только с начала XX века эта точка зрения начинает уступать более объективному взгляду. Появляются первые коллекции английского искусства, пишутся обзоры истории английского искусства.

Актуальность книги В.П. Шестакова заключается в том, что в ней впервые английское изобразительное искусство рассматривается как целостный процесс, отражающий ментальность нации, рост национального самосознания, особенности национального характера, того, что принято обозначать термином «Englishness». В «Предисловии» справедливо заявлено, что в книге «предпринимается попытка исследовать «Englishness» в английском искусстве, выявить то особенное, что отличает английское искусство от других национальных художественных школ». Таким образом , автор не ограничивает себя общепринятыми в искусствоведческой науке положениями, которые уже прочно вошли в научный обиход. В простой и доступной форме раскрыты сложные процессы развития английского искусства как в его исторической последовательности, так и путем сопоставления периодов, видов искусства, его жанров, причем не обойдены и те вопросы, которые в настоящее время являются объектом научных исследований. Свободное апеллирование к разнообразным авторитетным источникам, яркие примеры и цитаты, глобальное видение связей и параллелей между отдельными событиями в истории и культуре демонстрируют высочайший научный уровень В.П. Шестакова в рассматриваемой области. Особо следует подчеркнуть, что автор прекрасно владеет не только исторической, культурологической и искусствоведческой информацией, но и современными знаниями о жизни в Великобритании, что наполняет книгу истинным «духом Англии», делая ее еще и ценным практическим источником открытия и познания страны.

Книга читается легко и увлекательно благодаря и хорошему изданию, большому количеству качественных иллюстраций. В книге мы находим большой систематизированный материал, который в значительной части впервые становится достоянием широких кругов читателей. Особое значение этой книги заключается в том, что в ней освещены наиболее принципиальные и существенные проблемы, связанные с изучением искусства и культуры Великобритании, что делает книгу интересной и полезной не только для специалистов, но и для широкого круга читателей.

 

Шестаков, В.П. История английского искусства. От Средних веков до наших дней / В.П. Шестаков.- М.: Галарт, 2010.- 476 с.

Довлатов С. Жизнь и мнения: избранная переписка

dovlatovСергей Довлатов утверждал, что письма пишет с большим удовольствием и вдохновением, чем рассказы. В сборник вошли впервые публикуемые послания Давлатова к известным писателям Виктору Некрасову и Георгию Владимову, друзьям – Андрею Арьеву, Науму Сагаловскому, актрисе Тамаре Уржумовой, Эре Коробовой, письма к жене, дочери, отцу.

 

Довлатов С. Жизнь и мнения: избранная переписка / С.Довлатов.- СПб.: Звезда, 2011.- 384 с.

Чиффоло Э. Благословенная трапеза: библейские истории и рецепты

trapezaУ людей не осталось ничего святого! Ну как это – миндально-кокосовое печенье в шоколаде от царя Давида? На самом деле, авторы этой книги – священник Рейнер Хессе и историк Энтони Чиффоло – читали священные тексты очень внимательно, выискивая не только рецепты блюд, что готовили Иаков с Марией, но и проверяя все на практике.

 

Чиффоло Э. Благословенная трапеза: библейские истории и рецепты / Э.Чиффоло, Р.Хессе.- М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2011.- 386 с.

Федорец А. Павел Третьяков

FedoretsИздание интересно прежде всего тем, что рассказывает не только о создателе прославленной галереи, но и об исторической обстановке, о появлении первых отечественных меценатов и жизни русских художников. Отдельная тема – принципы, по которым Третьяков формировал свою коллекцию. Галерея Третьякова была открыта для публичного посещения в 1881 году, а через десять лет закрыта – из-за порчи картин и краж. А уже в следующем году меценат передал картины городу. . .

 

Федорец А. Павел Третьяков / А.Федорец.- М.: Вече, 2011.- 432 с.

Обновлено 17.10.2011 17:07

Файн Э. Мучные младенцы. Список прегрешений

FainВпервые на русском  - две повести Энн Файн, обладательницы медали Карнеги, самой престижной британской награды в области детской литературы. «Мучные младенцы» и «Список прегрешений» - «книга с двойным дном»: непростая, порой жестокая, не стремящаяся поучать, но заставляющая искать ответ на сложные этические вопросы.

 

Файн Э. Мучные младенцы. Список прегрешений / Э.Файн.- М.: Самокат, 2011.- 264 с.

Робертс Г.Д. Шантарам.

robertsВпервые на русском – один из самых поразительных романов начала XXI века. Это преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя. Подобно автору, герой этого романа много лет скрывался от закона. Лишенный после развода с женой родительских прав, он пристрастился к наркотикам, совершил ряд ограблений и был приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. Бежав на второй год из тюрьмы строгого режима, он добрался до Бомбея, где был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в разборках индийской мафии, а также нашел свою настоящую любовь, чтобы вновь потерять ее, чтобы снова найти… В 2011 году готовится к выходу экранизация романа, продюсером и  исполнителем главной роли в которой выступает несравненный Джонни Депп.«Человек, которого «Шантарам»  не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. «Шантарам! – это «Тысяча и одна ночь» нашего века. Это бесценный подарок для тех, кто любит читать».                                                                                                              Джонатан Кэррол

 

Робертс Г.Д. Шантарам. роман / Г.Д.Робертс.- СПб: Азбука, Азбука-Аттикус, 2011.- 864 с.

Ловрик М. Книга из человеческой кожи

lovrikИсторический роман (времена наполеоновских войн) рассказывает о судьбе девушки из благородной венецианской семьи, которую ради наследства преследует злодей-брат, собирающийся при первом же удобном случае лишить ее жизни, а пока же истово препятствующий ее замужеству. Этот нездоровый господин, почитатель трудов маркиза де Сада, коллекционирует книги из человеческой кожи и распространяет через тайную сеть цирюльников снадобье «Слезы святой Розы». И вот однажды до него доходят слухи о книге, переплетенной в кожу Тупака Амару II  - последнего вождя инков, прямого наследника владык могучей империи. В тексте подробно и реалистично описаны условия жизни в Старом и Новом Свете, в том числе и тонкости карантинных процедур ( и Архипелаг Болезней ), а еще – своеобразный быт венецианских монахинь.

 

Ловрик М. Книга из человеческой кожи / М.Ловрик.- Харьков: Книжный клуб «Клуб Семейного Досуга», 2011.- 576 с.

Кулинарные столицы мира. Париж.

KylinariaГоворят: «Увидеть Париж – и умереть». Увидеть – это, конечно, хорошо, но, пожалуй, стоит там еще и поесть. Париж не только столицы моды, но и город кулинарных изысков. При этом парижане умудряются создать тонкие деликатесы из самых простых блюд, таких, как картошка фри. Рецепты, впрочем, совсем не сложные.

 

Кулинарные столицы мира. Париж.- М.: Вокруг света, 2011.- 192 с.

Джейкобсон Г. Вопрос финклера

JeykobsonРассказанная Говардом Джейкобсоном история о том, как задерганного британского интеллигента Джулиана Треслава однажды нашла большая любовь, доказала – смешные романы могут быть гораздо серьезнее, чем мы думаем!  «Вопрос Финклера» стал первым юмористическим произведением, получившим премию Букера.

 

Джейкобсон Г. Вопрос финклера / Г. Джейкобсон.- СПб.: Азбука, Азбука-Аттикус, 2011.- 384 с.

Обновлено 17.10.2011 16:54

Паланик Ч. Пигмей

palanikСвежий (2009 года) роман Чака Паланика выдержан в привычной для него жесткой, прямо-таки жестокой, графической манере. Только на сей раз его черный юмор имеет отчетливый оруэлловский привкус: он замешан на мрачном фантастическом допущении и облачен в причудливые одежки нарочито исковерканного языка. Главный герой романа – 13-летний секретный агент из некоей тоталитарной страны. «синтезированной» автором из Северной Кореи и нацистской Германии. Накачанный антикапиталистической пропагандой и боевыми искусствами, он вместе с сотней своих сотоварищей прибывает в США под видом школьника по обмену, а на самом деле – чтобы готовить теракт невиданного масштаба. Попав на жительство в типичную американскую семью Среднего Запада, агент Пигмей убеждается – уничтожать Америку нет необходимости: она давно уже уничтожила себя изнутри. Мысь не нова ( во всяком случае, для поклонников Паланика), но на сей раз преподнесена в необычном виде. Да еще и в нарочито архаичной форме эпистолярного романа.

Паланик, Ч. Пигмей: роман / Ч.Паланик.- М.: АСТ: Астрель, 2010.- 315 с.

Обновлено 09.06.2011 13:44

Линк К. Милые чудовища: сборник рассказов

linkК литературной вершине все равно с какой стороны подбираться – со стороны семейной саги, авантюрного романа или со стороны фэнтези. Именно этот последний путь выбрала для себя массачусетская писательница Келли Линк. Как и две предыдущие ее книги, уже известные русскому читателю, это сборник рассказов. И как и раньше, автор перемешивает в этих десяти рассказах парадоксальные сюжетные ходы и чудесные допущения – разговаривающих покойников, волшебные шкафы, выдуманные страны – с сочно, весело выписанной американской реальностью. До самой вершины Келли Линк еще не добралась, но надежды на это явно имеются. Да, время есть: писательнице едва сравнялось сорок. Для настоящего прозаика – самое начало пути.

Линк, К. Милые чудовища: сборник рассказов / К.Линк.- М.: Livebook, 2010.- 400 с.

Остин Д. Разум и чувства и гады морские

ostinПонятие «смерть литературного произведения» фактически неприменимо, как показывает практика, к беллетристике. Казалось бы, что нам до английских аристократок начала XIX века, интенсивно разбирающихся в мире собственных чувств под цепким взглядом автора их истории Джейн Остин? Однако ж роман «Разум и чувства» выдержал энное количество переизданий, пережил множество экранизаций и остается популярным по сей день.
В один прекрасный момент американскому журналисту и писателю Бену Х.Уинтерсу, видимо, показалось, что в оригинале Остин недостает драматизма, который он произведению и сообщил, переписав роман с учетом дополнительной фабулы. В новой версии из глубин океана в силу таинственных обстоятельств выходят гады морские, дабы истребить людской род, а на суше живет себе семейство Дэшвудов, решающее, согласно сценарию, свои душевно-сердечные проблемы.
Новый роман стал бестселлером «Нью-Йорк таймс» в сентябре 2009 года. Как себя чувствует покойная Джейн Остин и что испытывает ее бессмертная душа при обновлении романа, вопрос не к литературным критикам, а к спиритам. Мы же заметим от себя, что, во-первых, пародия, наряду с мистификацией, есть вполне законный жанр. Во-вторых, отечественная литература знает примеры и покруче – например , «Экпериментальные переводы» М.Л.Гаспарова, который не только перелагал произведения старинных авторов на русский язык, но и делал их «современнее», приближая к восприятию нынешних читателей.
Мнения покойников остались в тайне. Но приз читательских симпатий, кажется, заслужен.

Остин Д. Разум и чувства и гады морские: роман / Д.Остин, Б.Х.Уинтерс.- М.: Астрель: CORPUS, 2010.- 448 с.

Осис Н. У самого синего моря: Итальянский дневник

OsisПять лет назад Наталья Осис, которую в Москве знали как драматурга, театрального критика и переводчика, покинула столицу, чтобы жить на родине мужа-итальянца, в Генуе. Где люди так много и громко говорят, вечно пьют кофе и оценивают человека по положению персиан (ставней). Об этом ее книга, написанная наблюдательной русской, ставшей вдруг генуэзской синьорой. Книга основана на реальных событиях.

Отрывок из романа: «А давайте сделаем так: я вас приглашаю. Договорились? Завтра, в девять ровно, на виа Бальби, у нашей скалинаты. Скалината - это каменная лесенка в пятьдесят ступеней, что ведет в наш дом. Только у нее есть название и она пытается быть улицей. Почему улицей? Потому что на ней есть табличка с названием, и письма к нам приходят по адресу: скалината Цитадели, 3. А почему тогда домов на нашей скалинате не три, а один? Да откуда я знаю? Я вообще здесь не местная».

Осис, Н. У самого синего моря: Итальянский дневник / Н.Осис.- М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2011.- 368 с.

Обновлено 26.05.2011 08:39

Навигатор сайта

Советуем прочитать